Велоспорт.

Дорога к дому

Яркое солнце, тепло и довольно сильный восточный ветер (ветер с родины!) в спину. Про себя все время, с самого приезда сюда, считаю дни, оставшиеся до возвращения. Теперь их осталось совсем немного, всего четыре. Четыре дня и три ночевки, скорее бы они прошли! В одном месте дорога вышла к заднему склону дюн. Остановились на минутку, я залез на гребень - за ним точно такой же пляж, как и вчерашний, только еще безлюдней. Стоило ехать вчера так далеко!

Через устье залива в Варнемюнде (Warnemunde) переправились на пароме (90 центов за человека и еще 70 за каждый велосипед). Паром идет от берега до берега всего минут десять, но сколько разных интересных судов, входящих в залив и выходящих в море видели за это время, Сережа не успевал фотографировать!

Росток вытянут с севера на юг вдоль залива - широкого устья реки Варнов (Warnow). По внешнему виду, непритязательной социалистической архитектуре, по состоянию дорог и улиц - слегка небрежному, по бесконечным объездам, полузаконченным новостройкам, да и просто по зарослям тальника вдоль канав на пустырях город воспринимается вполне своим, родным, даже странно кажется, что говорят вокруг не по нашему. Кстати сказать, пожилые люди и по нашему, кто больше, кто меньше, но почти все понимают и даже немного говорят. И очень доброжелательно (в отличии, скажем, от Чехии или Польши) все, что спросишь, объясняют. В одном месте пришлось съехать в сторону со строящейся дороги, забрались в какие-то бесконечные гаражные лабиринты, заблудились в них окончательно, и там пожилой немец, бравируя знанием нескольких русских слов, объяснял нам, что наш атлас девяносто шестого года безнадежно устарел, с тех пор все кардинально поменялось, каждый год строят новые трассы. При этом он не ограничился словами, а сел на машину и проводил нас до места, от которого, как он считал, заблудиться уже невозможно, надо только держаться трамвайной линии и сделать поворот у парка. У местных жителей в голове своя картинка окружающей местности, слабо кореллирующая с тем, что видит новичок. У них на реальную картину, видимо, накладываются еще толстые слои воспоминаний, разнообразные эмоциональные доминанты. Он, может быть, у того поворота в первый раз девушку встретил, с которой недавно золотую свадьбу отмечал, и этот поворот для него единственный заметный на всей дороге, а на самом деле это и не поворот вовсе, а так - изгиб, каких тут полно, поди разбери, о котором шла речь. Это один из тех моментов, когда всплывает явно, что хоть живем мы все в одном мире, но для каждого из нас он свой, и за одними и теми же словами для разных людей стоят, в общем-то, разные вещи. Короче говоря, нам снова пришлось спрашивать дорогу, и не один раз, потому что тех картин, которые обещал нам наш гаражный консультант, мы так и не увидели.

Не без труда, однако, часам к двенадцати дня мы все же выбрались на конечное кольцо трамваев, совсем таких же простецких, как у нас (не сравнить с изящными прозрачно-стенными лебедями, бесшумно плывущими по окраинам Страссбурга). Перекусили, сидя на лавочке в суетном месте у трамвайной остановки, позвонили домой в Казань - сегодня у брата день рождения, отметим по приезде. И покатили по начинающейся отсюда желтой дороге на юг - через три дня к вечеру нам надо быть у вокзала в Магдебурге, где должен подобрать нас наш автобус. Дорога даже и номера не имеет, нарисована на карте самой узкой полоской. Сначала идет через сплошные одноэтажные поселки - дома с палисадниками, деревья вдоль обочины, магазинчики на маленьких площадях. Переедешь через речку по мостику в низинке - и уже в новом поселке на пару километров в длину. А потом пошли поля, луга, озера, наполовину заросшие осокой в низких заболоченных берегах, так что невозможно подойти к воде. Сатов, Пенцин, Бютцов (Satow, Penzin, Butzow) -одноэтажные городки с характерными славянскими именами - восточная Пруссия.

От моря уехали, стало жарко. Обедали на лавочке в тени массивной кирхи, очень похожей на православный собор. Площадь перед храмом была совершенно безлюдна, стены домов на солнечной стороне дышали жаром. Перед этим, на въезде в Бютцов было прекрасное место для отдыха: озеро с луговым берегом и тенистыми деревьями, но Сережа уже скрылся в раскаленной каменной трубе городской улицы, а потом Марат, съездив на разведку, сказал, что нашел прекрасное место для обеда - вот эту лавочку в тени ремонтируемого собора. Ребята отправились покупать молоко и хлеб на обед, а я менял шину на заднем колесе, старая стала спускать, и я все время отставал, подкачивая ее на обочине узкой, совершенно пустынной, обсаженной деревьями дороги, и настроение при этом у меня было жалостливое к себе, оставшемуся в полном одиночестве среди залитых жарким солнцем безлюдных холмов. Дул сильный встречный ветер и, пока были силы, я пытался держаться в ветровой тени за Сережей, но на подъемах отставал, да еще эта шина:Мне так не хотелось ее менять, уж очень трудно снимается покрышка с моего нового чешского двойного обода. Весь я перепачкался о цепь и шестеренки, пока снова все выставил, как надо, и только когда уже стал складывать снятую камеру, понял, что она не виновата, а всего-то надо было поменять золотник. На площади не было воды, негде было вымыть руки, на белой булке оставались черные отпечатки пальцев. И времени на отдых уже не оставалось. Сережа, как всегда торопил - поехали!

Поехали. Но я все же тормознул еще раз на выезде из города у железнодорожного вокзала. Еще раз взялся звонить домой с поздравлениями. Телефонные будки были раскалены на солнце, автоматы никак не желали признавать нашу нестандартную телефонную карточку, Сережа торопил, я нервничал. Из города выехали уже в шестом часу вечера.

И снова узкая, очень гладкая дорога с холма на холм, ветер в грудь, солнце заглядывает в глаза - едем на юг. День был долгий, сил уже нет. С трудом забираюсь на подъемы, пустота во всем теле, кажется, что мышцы дряблые и сейчас откажут совсем. Всем хотелось встать на ночевку на берегу озера. Озер много, но не видно около них ни дорожек, ни строений. Будучи уже на последнем издыхании пытались пробраться к одному из них. Сначала асфальтовый спуск через поселок, потом по проселку с комками засохшей глины, потом по некошеному лугу, все более мокрому по мере приближения к озеру, через проволочную изгородь к полосе нехоженого, с непролазным подлеском леса. Лезем напролом, и я спиной чувствую, как за нами с удивлением и усмешкой следят аборигены из поселка на пригорке, мы - единственные артисты на обширной арене и им из их амфитеатра все прекрасно видно. Через лес пошел один Сережа, сказал, что до открытой воды не добраться - топко. И потащили мы наши тяжелые машины назад по своим мокрым следам на траве, по комкастым колеям проселка, через поселок наверх снова к нашей дороге, а заходящее солнце с иронией смотрело нам в спины.

И все же встали мы в тот вечер на озере, в хорошем сосновом лесу, среди обилия крупной сладкой ежевики (на длиннущих, страшно цепких плетях, об одну я сильно поцарапал ногу). Тропинка выходила на удобный берег, были даже просторные деревянные мостки. Но зато был и дом на том берегу, и лодка у дома, и видно было, что кто-то там есть. Однако никто нам не помешал. Вечер был тих и тепел. Помылись и роскошно поужинали. До отъезда осталось два дня и два поиска ночевок. Эта уже не считалась, с ней уже все ясно.

И другой день начали с тихих сельских дорог. Ярко светило солнце, сильный южный ветер сушил лицо. Это был мой выбор, моя тактика, моя мечта - ехать по пустым и живописным местным дорогам от деревни к деревне. Хороший асфальт, умиротворяющие душу пейзажи, стоящие вдоль обочин деревья укрывают от солнца, и ни людей, ни вонючих машин, можно спокойно наслаждаться природой и движением. И в этот день мы, можно сказать, насладились до самой крайности, до упора - где-то к обеду выкатили на совсем уж узенькую дорожку, почти тропу, которая повела нас петлями с холма на холм, так что было непонятно вообще, продвигаемся ли мы хоть сколько-то в нужную нам сторону южную. И тут уж так долго крепившееся терпение Сережи - всегдашнего сторонника магистральных трасс, лопнуло. Посчитали по карте полдневное продвижение на юг, и возразить мне было нечего, мой вариант движения был красивым, но с рациональной точки зрения совершенно несостоятельным. Конечно, мы отдыхаем, но все же через два дня нам надо быть в Магдебурге, а до него еще почти двести километров.

Вылезли на магистраль, красную 321 от Парчима (Parchim) на Прицвалк (Pritzwalk). Тут уж не до пейзажей, просто работа, крути и крути вперед против ветра. Где-то часа уже в четыре в городке Путлиц (Putlitz) Сережа свернул, наконец, с дороги в сторону, вдоль узкого канала в парк - обедать. Парк - полоса тенистых деревьев на крутом склоне над узкой полоской воды - канала или маленькой речки, единственная удобная лавочка уже занята. Зато дальше тропинка, взбираясь вверх по склону, приводит во двор старинного замка над обрывом. Зеленая лужайка, залитая солнечным светом, деревянный стол и лавки в тени деревьев, облупленные стены закрывают вид на воду, сонная тишина замка Спящей красавицы. Ребята слетали в город за молоком и хлебом, такая выработалась традиция - на обед молоко. Мой товарищ-химик объяснял мне, что с годами человеческий организм перестает вырабатывать ферменты, расщепляющие молоко и, перевалив за тридцать, лучше от него воздерживаться. Я за эту дату перевалил дважды, но уж очень приятно после многочасовой езды под солнцем сквозь иссушающий ветер глотать пересохшим ртом прохладное и жирное немецкое молоко из пакета. На полчаса отдались сонным чарам замка, лежа на траве в прозрачной древесной полутени в неподвижном воздухе в окружении полуразрушенных стен и молчаливых башен. И снова вперед.

Чуть было, не остались в этот день без продуктов, все запасы подходили к концу, а все не встречался на дороге подходящий магазин. К нашему счастью уже в восьмом часу вечера выехали к супермаркету в Прицвалке и там всего набрали в изобилии. Когда рассовывали купленное по сумкам, подошел к нам невысокий сухощавый парнишка лет двадцати пяти. Заговорил по-русски, назвался Камилом. Оказалось, что он приехал сюда недавно из Казахстана, из Астаны (Астана-Целинноград-Акмолинск. На моем веку мою родную улицу переназывали трижды: сначала из божественной Воскресенской она стала безбожно Чернышевской, потом ее статус повысили до улицы Ленина, а в годы смуты снабдили универсально высоким званием Кремлевской. А еще жалуемся, что у нас короткий век!). Приехал потому, что жена у него немка из Поволжья, хотя сам он татарин из Уфы. Он охотно рассказывал про жизнь здешних переселенцев. Живут в общежитии, получают пособие семьсот евро на человека. Работы в городе нет, власти обязывают их участвовать в общественных работах: ремонт дорог, чистка парков. За это платят один евро в час, на фоне минимальной зарплаты в семь евро в час им это кажется слишком дешево, и большинство от общественных работ уклоняется. Власти организуют обучение рабочим специальностям. Нужно учиться два года, ездить каждый день к восьми утра в соседний городок, если пропустишь без уважительной причины больше трех дней (по часам) - отчисляют. Многие приезжие начинают учиться, но мало кто удерживается. Хотя, если получить настоящую работу - платят очень хорошо. По приезде сюда, когда проходили анкетирование, Камил написал, что на родине окончил железнодорожный техникум и работал на транспорте. Теперь он надеется, что его возьмут здесь работать на железной дороге после краткосрочного обучения. Учат их и немецкому языку, но русская колония большая, есть с кем поговорить, и новый язык учат без усердия. Во всех его рассказах сквозило уже знакомое мне по другим встречам с фольксдойче настроение вяло оборонительное, защитное высокомерие людей с комплексом неполноценности. Насмешка над глупыми немцами, которые платят такие деньги ни за что, над мягкими мерами понукания, которые нашим людям - как слону дробина, жалобы на скуку, отсутствие перспективы. Этот балласт утопит, в конце концов, благополучную Европу. Хотя едут же сюда и образованные, энергичные молодые люди из России. Сколько веры в себя, ума, напора нужно, чтобы пробиться в чужой стране сквозь трудности языка, разницу профессионального стиля работы, ревность и отторжение иностранного. Доказать, что ты все это можешь, с чужой стороны войти равным в сообщество сильных - эту задачу с честью решили немало наших соотечественников, и это дает надежду, что Германия все же выплывет! А как же Россия?

В этот вечер мы остановились в двухстах метрах от дороги на скошенном пшеничном поле у канавы, заросшей непроходимыми дебрями тальника и крапивы, совсем скоро после посещения супермаркета и последовавшей затем поездки по довольно унылым, лишенным зелени улицам. Привалка к ничем не примечательному четырехэтажному зданию общежития Камила, где он налил нам воду в наши пустые бутылки и подарил пакет свежих помидоров и перцев - им дают (или сами берут) в теплице, где сейчас проводятся общественные работы. Место было совсем как у нас: двести метров разбитого проселка с ухабами, комбайн, несмотря на вечерний час все еще утюживший дальний конец большого поля, замусоренная лесополоса, эта заросшая дурниной канава и долгая неяркая заря на дальнем горизонте.

Камил говорил, что на TV все время показывают сюжеты борьбы с наводнением на Эльбе, что у них в городе готовят помещения в школах для расселения людей из затопленных районов, что создаются отряды добровольцев в помощь германским силам МЧС, что многие дороги перекрыты и т.д. Мы то думали, что в Дессау заплатили свою дань наводнению целиком. А оно, оказывается, еще ждало нас впереди, ведь Магдебург был от нас в этот момент более чем в ста километрах пути на другом берегу Эльбы. Это беспокойство подняло меня на другой день совсем рано. Солнце только еще вставало из дымки на горизонте. Сварил "Геркулес" без всего, кусочек сыра - как-то странно у нас получается, то всего полно без меры, то пусто. В восемь уже были на дороге, а в одиннадцать переехали Эльбу ввиду Виттенберга (Wittenberge), не заезжая в город. Посмотрели только со стороны, с моста на его многошпильный профиль. Прекрасная широкая дорога практически пуста, машин совсем мало, видимо, где-то перекрыто движение.

Мост через Эльбу тоже безлюден. Река затопила всю пойму до коренного берега, тут и там из воды торчат вершины деревьев, но у береговых дамб есть еще запас метра в полтора. За мостом полицейский пост, поворачивают все машины назад, но на нас ноль внимания. Я инстинктивно объехал постовых подальше (как говорит мой товарищ: - Что вы хотите, я же жизнь прожил при оккупационном режиме!), а Сережа остановился и спросил, можно ли нам ехать дальше? - Да, пожалуйста - был ответ.

И мы углубились в лес на левом берегу Эльбы по совершенно пустой широкой новенькой дороге. Удивительно все же, сколько в Германии лесов. На юге в Баварии больших массивов я не помню, но не помню и пейзажа без леса. А здесь мы втянулись в бесконечный лесной массив с просеками, вырубками, кордонами лесников, как где-нибудь в Марийской республике.

В два часа были в Стендале (Stendal), пообедали за городом Камилевскими помидорами и молоком, подремали минут пятьдесят и опять вперед. Выскочили на абсолютно прямую, ограниченную по сторонам нескончаемой стеной леса без разрывов новенькую с иголочки дорогу (красную 189) и не понятно было, то ли это скоростная магистраль и нам по ней нельзя, то ли шоферы, которые нам гудели, с дурным характером, а может быть они вовсе и не гнали нас, а приветствовали. Не знаю. Чувствовал я себя, как всегда на автобане, загнанным зайцем в свете фар, настроение у меня было отвратительное, однако никаких развилок все равно не было, свернуть было абсолютно некуда, и я всю свою тревогу и раздражение вкладывал в педали.

А день был прекрасный, тихий, рассеянные легкой дымкой солнечные лучи грели ласково, во всей окружающей природе разлита была блаженная сонливость, даже машины на нашей великолепной, рассчитанной на огромный поток дороге были редки, проносились по одной. И эта непривычная для дороги тишина тоже рождала неясную тревогу. К тому же время от времени мимо меня с ревом проносилась колонна грузовиков с немецкими спасателями - новенькие машины с ровными рядами солдат в кузове. На каждом безукоризненно новая форма, все в одной позе, как детская игрушка или мультик. Через некоторое время такая же безукоризненно снаряженная колонна на той же максимально дозволенной скорости проносилась в обратном направлении, и трудно было не подумать, что это те же самые машины и те же самые приклеенные к скамейкам в кузове солдатики. Видимо, не часто случаются в Германии стихийные бедствия, и бойцы МЧС должны были показать в этот день, наконец, на что они способны.

На первой же развилке опять оказался полицейский пост, как специально присланный для охраны нашего быстрого продвижения вперед. Все машины разворачивали на боковую ветку, а мы беспрепятственно покатили по нашей главной совершенно прямой и теперь совершенно пустой магистрали. Дальше можно было ехать спокойно, силы тратились максимально эффективно, каждый поворот колеса приближал нас напрямую к конечной точке нашего маршрута, не то, что вчерашние петли сельских дорог по полям и холмам от деревни к деревне.

Но и силы мои были уже на исходе, долгий день клонился к вечеру. Сережу не видно было впереди, Марат держался где-то поблизости сзади. Я давно с возрастающим нетерпением ждал, когда Сережа остановится на привал. Уже больше часа не слезали с седла, все разговоры про правильный ритм движения, про своевременный отдых сразу начисто забываются, как только впереди открытая дорога. Обычно, я только ворчал про себя, как и положено деду, а тут обиделся, остановился отдыхать один. Посидел на лавочке у обочины - удобно у немцев все устроено. Сжевал половинку Сникерса из завтрашнего запаса, пожаловался еще немного самому себе на усталость, на невнимание молодых к моим заслуженным слабостям, да и ехать пора. Вроде и легче стало, и силы прибавились. Все же стыдно, что от завтрашнего Сникерса отъел, как мальчишка.

Еще через пару часов с трудом удалось остановить Сережу на ночевку в узкой полосе леса, за которой внизу просматривался уже сплошь аграрно-промышленный пейзаж окрестностей большого города. До Магдебурга оставалось менее тридцати километров. К этому моменту, а было уже около восьми вечера, Сережин спидометр показывал 134 пройденных километра, абсолютный рекорд дневного пробега в этом походе и второй результат за все мои поездки.





http://old.kpfu.ru
Дополнительные сведения :
Книга Е.И.Филатова "На велосипеде по Европе". Казань, ЗАО "Новое знание", 2003.
Автор - старый турист, побывавший во многих местах Советского Союза, на склоне лет собрался посмотреть Западную Европу, выбрав для этого не самый обычный способ - самостоятельную поездку по странам на велосипеде.
В четырех путевых очерках изложены впечатления настоящего советского человека от личного знакомства с новой реальностью, нехитрые дорожные приключения и разнообразные мысли и сведения, приходившие в ничем незагруженную голову автора в то время, когда ноги его крутили педали, а глаза озирали живописные пейзажи Старого Континента.
В 2004 году вышло второе исправленное и дополненное издание этой книги.
Все, кого заинтересовала эта книга, можете обращаться по E-mail: mailto:Efilatov@ksu.ru


  • А-Я:
Search Olympics Fan Apparel Souvenirs All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*


$12.99
End Date: Wednesday May-22-2019 23:23:15 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
MEGIR Men's Stainless Steel Analog Waterproof Sports Quartz Military Wrist Watch


$12.34
End Date: Sunday Jun-16-2019 20:13:22 PDT
Buy It Now for only: $12.34
|
OHSEN Men's 7 LED Backlight Stainless Steel Sport Quartz Wrist Watch Waterproof


$12.34
End Date: Sunday Jun-16-2019 20:13:22 PDT
Buy It Now for only: $12.34
|
OHSEN Men's 7 LED Backlight Stainless Steel Sport Quartz Wrist Watch Waterproof


$9.99
End Date: Wednesday May-22-2019 18:32:36 PDT
Buy It Now for only: $9.99
|
Men's Army SHOCK Sport Quartz Wrist Day Date Digital Watch Waterproof Military


$12.99
End Date: Thursday May-23-2019 18:54:50 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
Sanda Men Women Smart Digital Watch Sport Intelligent Pedometer Fitness Bracelet


$12.55
End Date: Saturday May-25-2019 7:13:47 PDT
Buy It Now for only: $12.55
|
SKMEI Men's Military Digital & Analog Date Alarm Waterproof Workout Sports Watch


$11.99
End Date: Sunday May-26-2019 20:05:06 PDT
Buy It Now for only: $11.99
|
CURREN Men's Luxury Stainless Steel Quartz Analog Sports Waterproof Wrist Watch


$12.99
End Date: Thursday May-30-2019 0:35:48 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
2007 Copyright © SportCanals.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Спортивные соревнования и мероприятия. Экстремальные виды спорта. Интересные рекорды мира. Соперничество за достижение превосходства. Лучшее результаты. Свежие новости российского и мирового спорта.
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Rambler's Top100 Яндекс цитирования