Велоспорт.

В обратный путь

Выехать даже из маленького города на нужную дорогу - проблема. Нам же надо было выехать из Парижа. Карты окрестностей у нас не было, пользовались методом опроса местного населения, в основном, продавцов магазинчиков и кафе. Удивило меня отсутствие окраин в привычном для нас смысле: заводских построек, бугенвилей, дачных поселков. Из городской улицы, правда, двух-трех этажной и не очень широкой, но все же именно городской, мы выехали в поле с колосящейся пшеницей. Посидели минут двадцать перед памятником у дороги, сжевали дежурный Сникерс, глядя налево на городские дома и направо на желтеющие холмы. Вот и все, теперь совсем до свидания, Париж, может быть, не в последний раз. А все мысли уже в дороге. Многовато машин на этой N3, очень шумно, заднее колесо у меня спускает, где-то ночевку будем искать в этих сплошных полях. Хорошо, что ветер сбоку и немного в спину. Едем на восток, обычный здесь западный ветер теперь наш помощник.

В этот день переехали Марну и заночевали на лесосеке в сыром высококронном лесу, где утром с нами здоровались идущие на работу лесорубы. А я с утра спрыгнул умыться на соблазнительный песчаный бережок ручейка и сразу погрузился в этот песок до колен. С трудом выбрался назад на твердое место, но в одной туфле. Сидел, скорчившись на жердочке в утреннем, наполненном птичьими голосами лесу, над миловидным коварным ручьем и грустил - как же я поеду теперь по Франции в одной туфле? Тем временем все следы на песке затянуло, и мне пришлось перекопать руками квадратный метр этой топи, пока, будучи уже на грани отчаяния, я вернул все же себе свою обувку. Миша встретил меня удивленным взглядом - где это я так перепачкался.

Погода стояла прекрасная - солнечно и не очень жарко, тихий ветер в спину, ехать бы да ехать, но в маленьком городке на крутом подъеме у Миши прокол. Поставили велосипед "на рога" на тротуаре в тени. Дома двухэтажные, все разные, хотя и стоят плечом к плечу, на улице ни одного человека, на солнечной стороне на окнах жалюзи, из ближнего дома кто-то выглянул на секунду посмотреть, чего мы тут остановились, и пропал. Мы одни во всем городке, возимся со своей развалюхой. Оказалось, кроме камеры, надо еще поменять пару спиц в заднем колесе. Снимаем шестеренки, клеим заплатки, все перепачканные, а драгоценное утреннее время зримо бежит мимо нас вместе с легким попутным ветром.

К вечеру этого дня докатили до Реймса. Это был третий по величине город на нашем пути, но что нам были теперь города - после Парижа! Ветер дул в спину, мы ехали быстро, и проскочили бы город насквозь, не останавливаясь, но его название, прочитанное на дорожном указателе, зацепило в памяти какую-то очень глубоко заложенную ассоциацию. Она зашевелилась сначала почти неслышимо, но, чем ближе к центру города мы подъезжали, тем определенней она звучала, и вот, наконец, когда мы выкатили по брусчатке, по узким, потемневшим от забвения трамвайным рельсам на старинную центральную площадь, я осознал, что Реймс - это Реймсский собор! Я поднял глаза от мостовой и уперся взглядом в стрелку указателя: Реймсский собор направо. Все же не зря нас учили в школе - подумал я с благодарностью. Вполне могли бы проскочить мимо, не отрывая глаз от полотна дороги.

Собор Notre Dame de Baptiest [1] действительно стоит того, чтобы около него остановиться. Не так важно даже, что он крупнее размерами и древнее парижской Notre Dame, важно, что в нем сохранился дух храма, некая невидимая глазом, но явно ощутимая аура поиска чего-то иного, более высокого, чем повседневный корыстный интерес, места открытого для взлета души вверх, божественного места. Здесь ее еще не растащили по атомам шаркающие подошвы нескончаемых толп туристов. Здесь можно сесть на вытертое сидение жесткого стула в тишине огромного тихого зала и отрешиться на несколько минут от ждущей за каменными стенами суеты. Здесь легко думается о всей жизни сразу, и о прошлой и о будущей, о жизни вообще. Как из неподвижной в четырехмерном пространстве системы координат видишь со стороны траекторию своего полета сквозь это пространство без сожаления или гордости, не оценивая, а только констатируя - коротенький штрих в бесконечном пространстве. Один из многих тысяч прошедших здесь за пятнадцать веков. Мы были такие разные, но все же это мы, объединенные тем, что на этом месте, под этими высокими сводами думали о краткости жизни, о смысле ее и цели.

Для меня было открытием, что Западная Европа покрыта лесами гораздо гуще родного Поволжья. Даже в Люксембурге, в местах очень густо населенных вдоль дороги стояли просторные чистые широколиственные леса.

Спрашивая дорогу у словоохотливой старушки на обычном для Франции разъездном кольце - в Германии делают двухуровневые развязки, а у французов, обычно попадаешь на круг и с него уже выбираешь нужную развилку - мы вдруг обнаружили, что находимся вовсе и не во Франции, а давно уже едем по другой стране - Бельгии. Где-то был, конечно, на дороге указатель, но, видимо, такой скромный, что мы его и не заметили. Бабушка много чего нам успела рассказать, в том числе и что в Люксембурге, куда мы направляемся, свои местные франки, но в магазинах берут и французские, меняют сразу на месте. Однако покупать там что-либо не выгодно, там очень высокий уровень жизни и такие же цены, значительно более высокие, чем во Франции или Бельгии. Поэтому ни в один из роскошных Люксембуржских магазинов мы так и не зашли.

Великое герцогство Люксембург пятьдесят километров по параллели и семьдесят по меридиану густо покрыто высокими парковыми лесами и не менее густо - хорошими дорогами. С запада, из Бельгии мы въезжали в него по ровной, слегка всхолмленной местности, а на востоке к пограничному Мозелю спускались в горную долину. Город Люксембург небольшой, тысяч на сто населения, очень чистый и аккуратный произвел на меня немного странное впечатление - как декорация для старой оперетты, которую всем уже надоело играть и смотреть, но все никак не снимут с репертуара. Город расположен очень оригинально: улицы на ровном месте, но по самому центру проходит гигантский овраг, скорее даже горная долина, разрезающая плоскогорье, на котором расположен город. Через нее перекинуты мосты, а внизу на разных уровнях огромный парк с развлечениями - обширная детская площадка для взрослых со старинной железной дорогой и колесом обозрения. Да и весь центр города производит впечатление большой игровой площадки для взрослых - очень спокойный, вылощенный, театрально галантный. В одном месте у парка я встал в очередь к газетному киоску купить открытку, всего человека три-четыре, но, подойдя к окошечку, засомневался, надо ли мне это, а господин, стоявший за мной, видя мою нерешительность, собрался было сунуть голову в окошечко раньше меня. Но тут и я решился. Получился едва ли не международный конфликт. Стоявшая позади господина дама, видимо, его жена одернула его с таким возмущением, почти с испугом - как мог он сунуться без очереди, так постыдно нарушить этикет! Господин шарахнулся от окошечка в сторону, покраснел и прочувствованно просил прощения. Я не знал, как его утешить.

Нам было скучно в Люксембурге. Погуляв пару часов по улицам, никуда не зайдя и ничего не купив, мы с облегчением выехали из города по дороге N2 мимо аэропорта и к четырем часам дня уже переехали по мосту неширокий пограничный Мозель, проехали открытые настежь ворота совершенно пустого, как-то вопиюще заброшенного пропускного пункта с табличкой "Bundes Republic" и уже по настоящей горной дороге резво покатили по территории Германии.

Снова в Германии

Мы торопились. Все продукты кончились у нас еще утром, но мы не стали искать магазин в Люксембурге, рассчитывая отовариться по низким германским ценам. Ехали налегке, с нетерпением посматривая по сторонам, но дорога, как нарочно, проходила все время в стороне от городов, а нам крутить лишние километры не хотелось. У встречного велосипедиста узнали, что супермаркет будет впереди через пять километров, но когда он закрывается, в семь или в восемь - неизвестно. До семи оставалось совсем немного, и мы устроили настоящую гонку со временем. Миша впереди, я у него на заднем колесе, спуск - подъем, спуск - подъем. За очередным бугром показалась окраина городка, парк и санаторий, молодая женщина с детской коляской на пустой дороге. Мы затормозили перед ней запаленные, в нетерпении - где тут у Вас супермаркет? Увы, нас ждало разочарование - все магазины закрылись еще в шесть часов, зря мы так торопились.

В городке был какой-то местный праздник. Уютная центральная площадь украшена флагами и цветами, играет музыка, по сторонам площади выстроены прилавки, продают пиво во всех видах, горячие сосиски с горошком и с капустой, множество аппетитной выпечки, сластей, всяческих вкусностей. Солнце клонится к закату, отражается в стеклах старинных домов, окружающих площадь. Тепло, не шумно - музыка звучит где-то в одном углу. Довольно много народу гуляет вдоль прилавков, жуют на ходу, пьют Фанту. Купить бы и нам по паре порций горячих немецких сосисок с горошком, даже если и под Фанту - показался бы, наверно, и нам этот праздник веселым. Но мы экономили, продукты - только из супермаркета, даже не спросили, сколько эти сосиски стоят. Тихо обошли площадь вокруг, решили, что скучные у немцев праздники, и покатили дальше налегке.

Не везло нам в этот первый вечер в Германии. Мало того, что не успели купить продуктов, так еще и бензоколонки никак не попадались, а когда, наконец, свернули-таки, следуя указателю в сторону, оказалось, что это заправка-автомат, где минимальная порция - 20 литров. И с водой вышел конфуз. После семи вечера улицы германских городков совершенно пусты, некого спросить. Когда же, наконец, в одном месте мы увидели даму, ставящую свою машину в гараж - живого человека увидели и попросили ее налить воды в наши мятые бутылки, она посмотрела на нас таким черным подозрительным взглядом, что нам и пить расхотелось. Налила она нам все же в одну бутылку (из четырех) воду, но с таким видом, что мы потом все оглядывались, не догоняет ли нас полиция.

Пора было вставать на ночевку, солнце уже село, сумерки густели, а мы все крутили с напряжением педали, и дорога длинными серпантинами все лезла и лезла вверх по склону хребта: с одной стороны нависшие над полотном виноградники, сторожевые вышки над ними, с другой - крутой травяной склон, почти обрыв. Уже редкие здесь машины зажгли фары, уходить нам надо с дороги, не положено ехать в темноте без огней. Но и свернуть некуда. Грустно бездомным на этом свете.

Наконец, уже на перегибе хребта обнаружился слева заброшенный еловый лесочек и незаконная свалка внутри. Вот и приют для нас. Как хорошо найти, наконец, свое место на Земле.

На следующее утро встали рано. Бензину в примусе еще хватило на то, чтобы вскипятить утренний чай, а больше варить было все равно нечего. Дорога N407 встретила нас длинными подъемами и довольно прохладным встречным ветром. И опять все населенные пункты в стороне - три-пять километров, да еще неизвестно, есть ли там магазин, можно и впустую потратить силы и время.

Так и ехали по безлюдным лесистым горам, пока не увидели впереди огромный ангар и множество разнообразных самолетов около него на поле. Один из них даже похож на наш знаменитый сверхзвуковой ТУ-144. Когда подъехали ближе выяснилось, что это частный авиационный музей [2], а рядом с ангаром стоит англо-французский сверхзвуковой "Конкорд", действительно по форме неотличимый от нашего ТУ. Можно подняться в него по лесенке, сесть в кресло в салоне, посмотреть в иллюминатор.

Как ни стыдно сказать, но мы бы, наверно, проехали мимо этого замечательного места, не останавливаясь - очень мы торопились домой, были голодны и поглощены своими бытовыми проблемами, но выручила как раз очередная проблема. Нужно было позвонить в аэропорт и подтвердить свой вылет - так нас проинструктировали в кассе Аэрофлота в Москве. Где найти телефон и как здесь общаются с таксофоном - все было непонятно, а время уже поджимало. Вот я и решил спросить насчет телефона в музее. Оставил Мишу на солнышке с велосипедами, а сам зашел в прохладу огромного зала с развешенными по всему объему крылатыми экспонатами, подошел к стойке проходной и спросил у контролера, заведующего билетиками, нельзя ли отсюда позвонить в аэропорт Франкфурта на Майне. Оказалось - можно и совсем не дорого. Я стал расспрашивать, как пользоваться аппаратом, номер у меня был записан, но, может быть, нужно набирать какие-нибудь дополнительные коды?

Тут подошла к нам приятная средних лет женщина, представилась хозяйкой музея, сказала, что я могу звонить совершенно бесплатно. Больше того, она предложила сделать это вместо меня, тут же набрала мой номер и сообщила мою информацию по-немецки. Представился и я, сказал, что преподаю в Казанском университете аэродинамику, что мне хорошо знакомы многие из окружающих нас экспонатов, что наша Казань - один из крупнейших авиастроительных центров России, про наш ТУ. Женщина слушала внимательно, сказала, что мне тем более интересно будет посмотреть на выставку. Я замялся, посещение выставки не входило в наши первоначальные планы. Вход - 20DM - было написано на табличке у стойки, 10DM для детей и учащихся. 40DM за посещение выставки - это было немыслимо! Фрау Junior - так звали хозяйку, понимающе посмотрела на меня и сказала, что я могу пройти по льготному тарифу, как гость. Я тяжело вздохнул и сознался, что нас двое. Вас пропустят по одному билету - сказала фрау Junior, дала указание контролеру и попрощалась. Thank you very much - пробормотал я ей вслед.

Вот она - смешная для нас немецкая пунктуальность: хозяйка заведения дала указание кассиру об уровне скидки для ее гостей, кассир оторвал для нас розовый льготный билетик, написал на нем, что нас двое. Затем он же, теперь уже в роли контролера на входе проверил наш билетик, вернул его мне и после этого разрешил нам войти.

Часть экспозиции развернута в ангаре, но большая часть рядом на зеленом поле. Голодные и уставшие мы ходили от машины к машине под палящим солнцем почти три часа. По времени история авиации представлена здесь довольно полно: от планера Лилиенталя до "Конкорда". Правда, набор экспонатов весьма случайный, некоторые фирмы и типы представлены густо, но некоторых славных, сделавших эпоху конструкций, нет совсем. Очень полно представлены наши послевоенные самолеты - Восточная Германия при объединении распродавала свой воздушный флот, все самолеты нашего производства по дешевке. К сожалению, почти нет самолетов Второй Мировой, даже немецких. Интересно было бы увидеть живьем множество раз описанные в литературе "Юнкерсы" 87 и 88, "Мессершмидты"-109 и 110, наши "Яки", "Петляковы", "Илы". Есть только самый массовый самолет той войны трудяга транспортник DC-3 (C-47 Dakota), выпускавшийся, в основном в США, но отчасти и у нас по лицензии под маркой ЛИ-2. Есть легендарный, воевавший с американцами в Корее МиГ-15, правда, в учебно-тренировочном варианте. Много американских боевых машин, но, в основном, пятидесятых-семидесятых годов.

Чуть живые добрались мы до своих велосипедов, сиротливо ждавших нас у забора, и уже ногу я закинул над седлом, когда Миша вспомнил - а документы ты забрал? Бог ты мой, действительно ведь я пошел звонить (три часа назад), взяв с собой портфель со всеми нашими документами! Полный тревоги побежал я назад в ангар к проходной. А там издалека уже мне улыбалась, держа в руках мой портфель, фрау Junior. Вот теперь-то мы поговорили с ней от души. Посетителей в музее мало, расположен он в чистом поле на перекрестке двух дорог и общества тут, видимо, не хватает. Я тем более изголодался по свежему собеседнику. К тому же мы были оба такие бесконечно разные, но любопытные оба. И мы говорили обо всем на свете, перескакивая с предмета на предмет. В основном, конечно, о самолетах, о том, как трудно их купить и содержать и, в связи с этим, а зачем же жить на свете, как не для любимого дела, о налогах и музыке, инертности публики и верности друзей. Удивительно это: я ехал Бог знает откуда Бог знает куда и на случайном перекрестке по забывчивости встретил женщину. И вдруг мы уже говорим с ней (оба на чужом языке!) о сокровенном, с полуслова понимая друг друга (или так мне казалось только?).

Мишино лицо появилось из-за приоткрывшейся входной двери, он смотрел на меня с молчаливым укором. Пора было ехать. Я начал прощаться. Фрау Junior спохватилась, попросила подождать еще минутку и через минуту вернулась с роскошно изданным каталогом музея. "Благодарим за визит и желаем всего наилучшего. 15.8.95" - написала она на форзаце привычную, видимо, фразу. Потом на секунду задумалась, посмотрела на меня (я не успел постричься перед поездкой, а две недели под открытым небом не сделали, конечно, мое лицо моложе и свежее), на Мишу, уставшего ждать меня под открытым солнцем. Вы, наверно, хотите пить - пробормотала она немного смущенно, - давайте я вам положу. И она торопливо накидала в большой пластиковый пакет Фанты, Спрайта, Сникерсов, Чипсов - целый ворох всякой соблазнительной мелочи из ларька, стоявшего рядом со стойкой контролера. "Вот, возьмите!" Я не помню, чтобы мне было очень стыдно тогда. Я поблагодарил, забрал свой портфель, каталог и пакет, и мы вышли на солнце к нашим велосипедам. Но сейчас, семь лет спустя мне стыдно это вспоминать. Видимо, мы настолько внутренне ощущали себя нищими, что нас было жалко.

Пока Миша ездил на пустом велосипеде в Hermeskeil за продуктами, я с помощью содержимого пакета фрау Junior убедился, насколько выверена расфасовка немецких лакомств. Оказалось, что даже для очень голодного и мучимого жаждой человека, каким был я в тот момент, второй баллончик Спрайта и второй пакетик Чипсов были уже лишними.

К вечеру свернули с шумной "красной" дороги на пустую "желтую", пересекающую Naturprk, и углубились в настоящие горы. Тишина, покрытые лесом хребты, поляны с покосами и огороженными жердевыми изгородями стогами сена. Слева от нас головерхая гора Sandkopf (Песчаная голова - 756 м.). Дорога сначала идет вдоль русла речки, а потом крутыми серпантинами к перевалу все вверх и вверх. Круто так, что приходится идти пешком, толкая велосипед рядом. Говорят, в этих местах много лыжных курортов, но в августе вокруг безлюдье и покой.

На ночевку встали поздно в еловом замусоренном лесу, не доезжая до города Idar-Oberstain. Ночью я плохо спал, проснулся еще затемно и больше не заснул - это накапливающаяся усталость не дает расслабиться.

Восточная сторона хребта оказалась еще более крутой и живописной, чем западная. Половину следующего дня мы катились по извилистой, однако достаточно широкой дороге пробитой в каменистом склоне глубокого ущелья. В одном месте глубоко под нами, видный с высоты птичьего полета заиграл на солнце яркими черепичными крышами городок на дне долины у речки, за ним, в противоположном от нас скальном склоне высоко над рекой высечены в скале башни, окна и ворота монастыря. Дальше ущелье еще сузилось, и дорога нырнула в темный тоннель. Движение по дороге было довольно напряженным, было бы страшно в тоннеле, но вдоль стены был отгорожен перилами тротуар для велосипедистов (может быть и пешеходов, но мы ни разу не видели пешеходов на германских дорогах).

К обеду выехали из гор на холмистую равнину, проехали курортный городок Bad Kreuznach, на ночевку расположились на берегу речки Най (Nahe), спрятавшись от дороги за кустами. Причем пришлось перелезать через ограждение, спускаться по крутому склону с высокой дамбы, по которой идет дорога, и потом еще метров сто с голыми ногами продираться через пустырь, густо заросший крапивой и чертополохом. До Рейна оставалось меньше десяти километров.

На Рейн мы выехали на другой день утром. С востока на запад мы пересекали его в Вормсе. Берега там низкие и река не произвела на нас, волжан большого впечатления. Другое дело здесь, в Бингене (Bingen). Как обычно, заехав в город, мы потеряли дорогу, и забирались все выше и выше по узким старинным улочкам, пытаясь найти выход на Майнц, и вдруг выбрались на просторную смотровую площадку. Река открылась сразу вся, на много километров в обе стороны. Широкая, с километр, наверно, (как старая Волга у Казани), голубая под ярким солнцем, мощная, весело несущая множество выглядящих сверху игрушечными судов. Гористые зеленые берега весело разукрашены прянишными городками, в темной зелени как елочные игрушки блестят тоненькие иглы кирх и румяные черепичные крыши домов. Непрерывными цепочками ползут вдоль берегов разноцветные букашки-автомобили, посылая время от времени солнечные зайчики от полированных стекол. Теплый ветер, картинные белоснежные облачка дополняют просторный пейзаж, мощный и гармоничный, как музыка Бетховена. Можно долго стоять и смотреть, впитывая красоту и умиротворенность.

Видимо этим и занимался крупный дородный немец, сидя в таком же фешенебельном, как он сам, "Вольво" чуть выше нас, когда я потревожил его своим вопросом о дороге вдоль Рейна. Он долго не мог включиться в мои проблемы, потом вздохнул, достал из "бардачка" роскошный атлас дорог - Бинген был там изображен со всеми улицами - стал показывать, водя по тоненьким жилкам дорог чистым толстым пальцем. Я старался записывать за ним названия, положив бумажку на стекло машины. Он кончил, убрал атлас и, как будто окончательно проснувшись, посмотрел на меня с некоторым интересом. Я еще раз взялся объяснять на смеси названий и жестов (вначале он с важностью подтвердил, что говорит по-английски, но ясно было, что он преувеличивал), что мы путешествуем на вело от Франкфурта в Париж и назад через Рейн и Майнц. Париж и Майнц - это и так понятно. "Откуда вы (Nationality?) - спросил он уже с любопытством - Italiano?, Poland? - Russian - ответил я, Russland. - Russland?! - повторил он удивленно, еще раз взглянул на меня с любопытством и полез во внутренний карман пиджака (на нем был пиджак, тогда как я был в майке и шортах). За визиткой - подумал я и стал вспоминать, где у меня лежат заготовленные на всякий случай и ни разу не понадобившиеся визитные карточки. Но он достал кожаный бумажник, вытащил из него купюру в двадцать марок и протянул ее мне: бери! Я рефлекторным жестом загородился от него обеими ладонями - No, No! - Бери! - говорил он, и на его большом лице было столько спокойной доброжелательности.

Пустяк это, конечно. Для него-то и совсем мелочь, да и для нас ни весть какие деньги. И обоим приятно: он получил удовольствие, облагодетельствовав нищих, а мы купили пива и закуски на шальные деньги. Кому было бы лучше, откажись я с гордостью? Да и вся наша страна брала тогда подачки, ждала, выпрашивала, делила со страстью. И для меня лично это был не последний случай, пока не пришел я сам к банальному, но от этого не менее твердому убеждению: нельзя брать не заработанных денег. Не бывает от них добра.

К обеду добрались мы до Майнца, самого большого германского города на нашем пути. Заехали на вокзал, поинтересовались на будущее ценами на железнодорожные билеты. Цены такие, что я долго не мог осознать, что за цифры напечатаны на бланке, выданном мне в справочном бюро. Пошел объясняться туда еще раз, пока, наконец, не осознал, что билет от Майнца до Берлина (500 км.) действительно стоит почти сто долларов. Ближе к вечеру уже переехали по мосту через Рейн на "нашу" сторону, и сразу - через Майн. Прямо по берегу Майна, по велодорожке на закате уже потихоньку доехали до Рюссельхейма, того самого, где плутали в первый день маршрута. Круг замкнулся. Мы снова ночевали на берегу Майна, почти на том же месте, что и в начале пути. Но мы были уже совсем другие, чем три недели назад, и за рекой перед нами лежала теперь знакомая страна.

[1]138 метров в длину, 83 метра - высота башен, 38 метров - высота сводов. Основан в четыреста первом году, в четыреста девяносто шестом в нем был крещен первый христианский король Франции Кловис (Clovis). В современном виде храм отстроен после пожара в тринадцатом веке. В 1429 году в нем был коронован Charles VII, приведенный на престол Жанной Д'Арк. Собор считается символом духа Франции.
[2] Его адрес:54411, Hermeskeil, Flugausstellung L+P. Junior, tel. 06503/3410





http://old.kpfu.ru
Дополнительные сведения :
Книга Е.И.Филатова "На велосипеде по Европе". Казань, ЗАО "Новое знание", 2003.
Автор - старый турист, побывавший во многих местах Советского Союза, на склоне лет собрался посмотреть Западную Европу, выбрав для этого не самый обычный способ - самостоятельную поездку по странам на велосипеде.
В четырех путевых очерках изложены впечатления настоящего советского человека от личного знакомства с новой реальностью, нехитрые дорожные приключения и разнообразные мысли и сведения, приходившие в ничем незагруженную голову автора в то время, когда ноги его крутили педали, а глаза озирали живописные пейзажи Старого Континента.
В 2004 году вышло второе исправленное и дополненное издание этой книги.
Все, кого заинтересовала эта книга, можете обращаться по E-mail: mailto:Efilatov@ksu.ru


  • А-Я:
Search Olympics Fan Apparel Souvenirs All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*


$12.99
End Date: Wednesday May-22-2019 23:23:15 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
MEGIR Men's Stainless Steel Analog Waterproof Sports Quartz Military Wrist Watch


$12.34
End Date: Sunday Jun-16-2019 20:13:22 PDT
Buy It Now for only: $12.34
|
OHSEN Men's 7 LED Backlight Stainless Steel Sport Quartz Wrist Watch Waterproof


$12.34
End Date: Sunday Jun-16-2019 20:13:22 PDT
Buy It Now for only: $12.34
|
OHSEN Men's 7 LED Backlight Stainless Steel Sport Quartz Wrist Watch Waterproof


$10.44
End Date: Wednesday May-22-2019 18:32:36 PDT
Buy It Now for only: $10.44
|
Men's Army SHOCK Sport Quartz Wrist Day Date Digital Watch Waterproof Military


$12.99
End Date: Thursday May-23-2019 18:54:50 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
Sanda Men Women Smart Digital Watch Sport Intelligent Pedometer Fitness Bracelet


$12.55
End Date: Saturday May-25-2019 7:13:47 PDT
Buy It Now for only: $12.55
|
SKMEI Men's Military Digital & Analog Date Alarm Waterproof Workout Sports Watch


$11.99
End Date: Sunday May-26-2019 20:05:06 PDT
Buy It Now for only: $11.99
|
CURREN Men's Luxury Stainless Steel Quartz Analog Sports Waterproof Wrist Watch


$12.99
End Date: Thursday May-30-2019 0:35:48 PDT
Buy It Now for only: $12.99
|
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
2007 Copyright © SportCanals.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Спортивные соревнования и мероприятия. Экстремальные виды спорта. Интересные рекорды мира. Соперничество за достижение превосходства. Лучшее результаты. Свежие новости российского и мирового спорта.
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Rambler's Top100 Яндекс цитирования